“...Явить миру Сийское сокровище”:
Антониев-Сийский монастырь: из прошлого - в будущее”
 
Свято-Троицкий Антониев-Сийский монастырь
 
21.08.2017 О проекте  Антониев-Сийский монастырь  Библиотека  Фотогалерея   контакты  Гостевая   
Антониев-Сийский монастырь


Поиск по сайту:


Рейтинг АОНБ@Mail.ru
<--


  Филарет (в миру Федор Никитич Романов-Юрьев) (ок. 1554—1.Х.1633) — патриарх, автор писем и поучений, библиофил. Двоюродный брат царя Федора Иоанновича (отец Филарета, боярин Юрьев, приходился братом царице Анастасии Романовне), он впервые зна­чится в разрядах в феврале 1585 г. как участник приема во дворце литовского посла Л. Сапеги (см.: Разрядная книга 1475—1598 гг. М., 1966. С. 360). В следующем году Филарет являлся уже боярином и нижегородским наместником. Вместе с младшими братьями он вы­ступал тогда в союзе с Годуновыми (см. Борис Годунов) против Шуйских и Мстиславских. При поддержке Бориса Годунова Филарет сделал выдающуюся карьеру: в перечнях бояр за 1588—1589 и 1589/1590 гг. он упоминается соответственно на десятом и шестом местах (см.: Боярские списки последней четверти XVI—начала XVII в. и роспись русского войска 1604 г. М., 1979. Ч. 1. С. 104, 263); к концу царствования Федора имел чин главного дворового воеводы и считался одним из трех руководителей ближней царской думы.

Накануне смерти Федора Иоанновича союз Романовых и Году­новых распался. В 1598 г. Филарет являлся одним из основных претен­дентов на престол, но не смог составить конкуренции Годунову и сам (видимо, по настоянию Б. Я. Вельского) снял свою кандидату­ру (см.: Скрынников Р. Г. 1) Земской собор 1598 года и избра­ние Бориса Годунова на трон // История СССР. 1977. № 3. С. 153— 154; 2) Борис Годунов. С. 110, 114—115, 122). В начале царствования Бориса Филарет оставался одним из руководителей Боярской думы. Однако осенью 1600 г. он вместе с братьями подвергся опале, вы­званной опасениями Годунова за судьбы своей династии, Романовы явились жертвами «колдовского» процесса (главным обвиняемым оказался Александр Никитич). В июне 1601 г. по приговору Бояр­ской думы Филарет был сослан в Антониево-Сийский монастырь, где стал иноком. Сохранив ему жизнь (он даже распорядился содер­жать опального так, чтобы тому «не было нужи»), царь Борис лишил Филарета всяких надежд на обладание троном. Существует мнение, что с появлением Самозванца (см. Григорий Отрепьев), возможно ранее связанного с кругом Романовых, царь Борис приказал воз­вести Филарета в сан архимандрита (не известно, какого монастыря). Это мнение, однако, не подтверждается источниками. К тому же в нач. 1606 г., т. е. уже при Лжедмитрии I, Филарет был троицким соборным старцем, вторым лицом в монастыре после архимандрита Иоасафа (см.: Дьяконов М. Акты, относящиеся к истории тяглого насе­ления в Московском государстве. Юрьев, 1897. Вып. 2. С. 36; ГБЛ, ф. 303, № 539, л. 221 об., 222 об.). Вскоре, по распоряжению Самозванца, Филарета посвятили в сан митрополита Ростовского и Ярославского.

В мае 1606 г., сразу по воцарении Шуйского, Филарет, по предполо­жению С. Ф. Платонова, разделяемому большинством исследовате­лей, был намечен в патриархи, но затем царь изменил свое реше­ние, остановив выбор на Гермогене. Филарет как Ростовский митрополит деятельно поддерживал Шуйского и Гермогена в их борьбе с И. И. Болотниковым и Лжедмитрием II. В октябре 1608 г. при взя­тии Ростова тушинцами Филарет был схвачен и с позором отвезен в ла­герь второго Самозванца, где его нарекли патриархом Московским и всея Руси. В Тушине Филарет занимал выжидательную позицию; едва ли можно согласиться с мнением А. П. Смирнова, что «воровской» стан был для него золотой клеткой. В декабре 1609 г., когда не­удача тушинской авантюры стала уже очевидной, Филарет вступил в переговоры с польским королем Сигизмундом III о возведении на московский престол королевича Владислава. В марте 1610 г, Филарет был отбит у польско-литовских войск отрядом Г. Валуева и при­был в Москву. После низложения Шуйского и избрания Владисла­ва Филарет вошел в состав «великого» посольства к Сигизмунду III (сен­тябрь 1610 г.), которое должно было просить короля даровать сына «на Московское государство». Филарет возглавлял в посольстве ду­ховенство и получил от Гермогена наставления, грамоту к Сигиз­мунду III, а также его племянника А. С. Крылова «во двор в дети боярския», очевидно для связи (Пермская летопись с 1263—1881 г. Первый период. Пермь, 1881. С. 95—96; Второй период. Пермь, 1882. С. 471). Когда во время переговоров под Смоленском выяс­нилось, что король сам желает завладеть русским престолом, Филарет решительно выступил против нарушения интервентами условий августовского (1610 г.) соглашения об избрании Владислава, за что был арестован и отправлен в Речь Посполитую (сначала во владе­ния Л. Сапеги, затем в Мариенбург).

После воцарения сына Ф. Михаила Феодоровича  21 февраля 1613 г. начались переговоры об освобождении Филарета из плена. 1 июня 1619 г. по условиям Деулинского перемирия на реке Поляновке за Вязьмой произошел размен пленных, и Филарет вернулся на родину. 22 июня он был наречен на патриарший престол, а 24 июня поставлен в патриархи. Начиная с этого времени Филарет, получивший титул «великого государя», фактически управлял страной. С его именем связывают первые абсолютистские тенден­ции в политике московского правительства (А. Н. Сахаров). В области международных отношений Филарет стремился к ликвидации грабительских условий Деулина, надеясь добиться этой цели со­юзом с Швецией и Турцией. Внешнеполитический курс Филарета вызы­вал оппозицию в правящих кругах (отражением этих настроений стало позднее «Сказание о Петре, воеводе Волосском»). Поражение русских войск в Смоленской войне осенью 1633 г. привело, по А. П. Смирнову, к сильному душевному потрясению Филарета, что явилось причиной его неожиданной смерти.

Филарет — крупный деятель книжной культуры, это особенно отно­сится ко времени его патриаршества. Патриарх оставил обширное эпистолярное наследие. Ему приписывают письмо брату Ивану от 8 августа 1602 г., где говорится о переживаемых Романовыми на­прасных бедах. Но атрибуция этого письма небесспорна, что отметил еще А. П. Смирнов. По его данным, Филарету принадлежат 178 писем к царю Михаилу Федоровичу, невестке и жене, относящих­ся к 1619—1631 гг., а также многочисленные грамоты, лучшей из которых является, по мнению исследователя, послание к Тоболь­скому архиепископу Киприану с призывом ревностно заботиться о пастве. Филарету приписывают и «Поучения» о поставлении в духов­ный сан, от священника до митрополита. Грамоты Филарета, видимо, написаны не всегда лично им, а составлены в митрополичьей и патриаршей канцеляриях. Это касается, например, первой из из­вестных грамот Филарета — устюжскому протопопу Константину (от 30 ноября 1606 г.). Выписка из нее примыкает в рукописи к краткой редакции сказания «О изведении царского семени, и о смя­тении земли, и о прелести некоторого растриги чернъца, еретика и богоотметника православныя веры християнскыя, отступника ангельскаго образа, Гришки Богданова сына Отрепьева, галиченина родом, а в мире имя ему Георгей».

С именем Филарета связано несколько произведений официального характера, датируемых временем его патриаршества. В одном списке XVII в. сохранился черновик повести о Смуте со многими исправлениями и приписками. На основании позднейшего загла­вия Н.  М. Карамзин  назвал эту повесть Рукописью  Филарета. Она  представляет  собой   переработку   «Повести  книги  сея  от прежних лет», приписываемой И. М. Катыреву-Ростовскому или С. И. Шаховскому. Составители «Рукописи» нашли свой источ­ник слишком простым по стилю, недостаточно обстоятельным и неоправданно враждебным по отношению к царю Василию. «Ру­копись» рассказывает о событиях Смуты до избрания на трон Михаила Федоровича, содержит некоторые уникальные известия, очевидно   почерпнутые   из   официальных   документов   (мнение А. А. Кондратьева и С. Ф. Платонова). Кроме того, в «Рукопи­си» находим ссылку на «летописание», излагающее «житие» Гермогена и его «мученический конец» (Сборник Муханова. 2-е изд. СПб.,   1866.   С.   319).   Это   «летописание» — явно   не   «Повесть книги сея от прежних лет», где о деятельности Гермогена гово­рится   сравнительно   кратко,   а   его   смерть   не   отмечена.   По С. Ф. Платонову, «Рукопись» возникла между 1626 и 1633 гг., и к ее составлению так или иначе был причастен Филарет. Поскольку «Рукопись» является настоящим панегириком Шуйскому, а офи­циальный   Летописец   Новый   двойственно   относится   к   нему, Л. В. Черепнин не считает «Рукопись» сочинением, появившимся в правительственной среде и редактированным Филаретом. Думается, раз­личное отношение двух произведений к Шуйскому еще не дает оснований отказываться от взглядов С. Ф. Платонова на «Рукопись», что подчас признает и Л. В. Черепнин.

По предложению С. Ф. Платонова, принятому большинством ученых, в окружении Филарета возник Новый летописец 1630 г. Мнение о принадлежности Филарета Сказания, о поставлении на патриаршество Филарета Никитича лишено оснований (ср. Шпаков А. Я. Госу­дарство и церковь в их взаимных отношениях в Московском госу­дарстве: Царствование Феодора Ивановича. Учреждение патриар­шества в России. Одесса, 1912. С. 256, 257, 271—273, 275—277, 384, ср. с. 344, примеч. 2). Вероятно, в патриаршей среде появилось и «Документальное» сказание о ризе Христовой (см. Сказания о даре шаха Аббаса). Это произведение рассказывает о чудесном даре шаха Аббаса Михаилу Федоровичу (1625 г.) и фигурирует уже в описи келейной казны Филарета 1630 г. Возможно, из окружения Филарета вышла и «Отповедь» в защиту патриарха Гермогена, опровергаю­щая оценку деятельности патриарха, данную автором хронографи­ческих статей 1616/1617 г. П. Г. Васенко датирует это полемичес­кое сочинение 1620—1630-ми гг. и полагает, что его автор был близок к патриаршему клиру, если сам не принадлежал к нему (см.: Васенко П. Новые данные для характеристики патриарха Гермогена // ЖМНП. 1901. № 7. Отд. 2. С. 142, 143).

Филарет был связан со многими писателями своего времени. Возмож­но, он принимал какое-то участие в правке первой редакции на­чальных глав «Истории» Авраамия Палицыпа. Вслед за С. И. Кед­ровым нужно признать неосновательным мнение, будто Филарет сослал Палицына за его поведение в смоленском посольстве, граничившее с изменой русскому национальному делу; но, быть может, знаме­нитому келарю в самом деле не удалось поладить со своенравным патриархом. Филарет знал Ивана Тимофеева и, «весьма вероятно», его «Временник» (Корецкий В. И. Новые материалы о дьяке Иване Тимофееве, историке и публицисте XVII в. // АЕ за 1974 г. М., 1975. С. 164, 167). Филарет вершил судьбы обвиненного в вольнодумстве И. А. Хворостинина и не раз изобличенного в «великих винах» С. И. Шаховского. Последний, по поручению патриарха, составил официальное послание шаху Аббасу.

Большое внимание уделял Филарет книгопечатанию. Едва вернув­шись из польского плена, он, по ходатайству прибывшего в Мос­кву иерусалимского патриарха Феофана, пересмотрел дело тро­ицких справщиков во главе с архимандритом Дионисием Зобниновским. На церковном соборе были одобрены исправления, внесенные ими в Требник; в 1625 г. эти исправления были уза­конены в книгах, изданных при Филарете. Справщиками Печатного двора были при Филарете образованные книжники Иоанн Наседка, Арсений Глухой, Антоний Крылов и др.; патриарх сам занимался их подбором. Книжная политика патриарха развивалась в направле­нии все более усиливавшихся охранительных начал, так что эпоху Филарета иногда сравнивают с западноевропейской контрреформацией. Эти охранительные начала ярко обнаружились в прениях по по­воду «Катехизиса» Лаврентия Зизания, запретах на сочинения Ки­рилла Транквиллиона, которые распространились потом на все книги литовской печати.

Филарет хранил большую библиотеку, несколько раз описанную в нач. 1630-х гг. (см.: Сборник Муханова. С. 374—382; Викто­ров А. Е. 1) Опись патриаршей ризницы 1631 г. М., 1875; 2) Старинные описи Патриаршей ризницы. М.; 1875; РИБ. СПб., 1876. Т. 3. С. 898—912, 974—978 и др.). По подсчетам М. И. Слуховского, основанным на наиболее ранней описи 1630 г., у Филарета находилось 350 или 355 рукописных и печатных книг; С. И. Луппов насчитывает в патриаршей библиотеке этого вре­мени 261 название и 608 экземпляров (см.: Луппов С. П. Книга в России в XVII веке: Книгоиздательство. Книготорговля. Распространение книг среди различных слоев населения. Книжные собрания частных лиц. Библиотека. Л., 1970. С. 132—133, ср. с. 173; Слуховский М. И. Русская библиотека XVI—XVII вв. М., 1973. С. 117, 163). Он поощрял копирование рукописей (на­пример, известного лицевого Жития Зосимы и Савватия, вложенного в Соловецкий монастырь близким к Филарету троицким келарем Александром Булатниковым). Деятельность Филарета отразилась в многочисленных литературных произведениях XVII в.; сохрани­лись две песни о выкупе Филарета из плена и его возвращении на ро­дину (см.: Криничная Н, А. Народные исторические песни на­чала XVII века. Л., 1974. С. 163—175).

Изд.: СГГД. М., 1822. Ч. 3. № 60. С. 245—253; № 68. С. 270—273; ААЭ. СПб., 1836. Т. 2. № 57—59. С. 126—136; № 73—74. С. 164—168; Т. 3. № 147. С. 212—213; № 166. С. 240—242; № 174—178. С. 257—261; № 189. С. 275; № 192. С. 278—279; № 198. С. 284—285; № 226. С. 336; Д оси фей, архимандрит. Географическое, ис­торическое и статистическое описание ставропигиального первоклассного Соловецкого монастыря... М., 1836. Ч. 3. С. 215—218; АИ. СПб., 1841. Т. 3. № 175. С. 319—320; Достопамятности Москвы. М., 1845. С. 38—39; Письма русских госу­дарей и других особ царского семейства / Изд. Археографической комиссии. М., 1848. Т. I; Буслаев. Историческая христоматия. Стб. 1043—1045; Konovalov S. 1) Seven Russian Royal Letters: (1613—23) // Oxford Slavonic Papers. 1957. Vol. 7. N 6. P. 132—133; 2) Twenty Russian Royal Letters: (1626—1634) // Ibid. 1958. Vol. 8. N 4, 7, 12. 17, 19, P. 130—133, 135—136, 142—144, 151—153, 154—155; Восстание И. Бо­лотникова: Документы и материалы. М., 1959. С. 203, 216—218; Преподобный Елеаэар, основатель Свято-Троицкого Анзерского скита / Подгот. С. К. Севастьянова. СПб., 2001. С. 165—170; Поздеева И. В., Пушков В. П., Дадыкин А. В. Московский Печатный двор  факт и фактор русской культуры. 1618—1652 гг.: Oт восстановления после гибели в Смутное время до патриарха Никона. Исследования и публикации. М., 2001. С. 237—240.

Лит.: Н. А. А. Всероссийские патриархи // ЧОИДР. 1847. № 3. Отд. III. С. 29—36; Казанский П. 3. Исправление церковно-богослужебных книг при патриархе Филарете // Там же. 1848. Кн. 8. Отд. I. С. 1—26; Попов А. Прибавление к статье о дипломатической тайнописи в древней России // Записки имп. Археологического общества.  1853. Т. 5. Отд. II. С.  124—129; Исправление богослужебных книг при патриархе Филарете // ПС. 1862. Ч. 2. С. 361—405; Ч. 3. С. 32—86; Иерархи ростовско-ярославской паствы, в преемственном порядке, с 992 года до настоящего време­ни. Ярославль, 1864. С. 124—145; Смирнов А. Святейший патриарх Филарет Ни­китич Московский и всея России. М., 1874. Ч. I—2; Кондратьев А. О так на­зываемой Рукописи патриарха Филарета // ЖМНП. 1878. № 9. Отд. 2. С. 22—83; Скворцов Д. Дионисий Зобниновский, архимандрит Троице-Сергиева монастыря (ныне лавры). Тверь, 1890; Платонов С. Ф. 1) Филарет // РБС. «Фабер—Цявловский». СПб.. 1901. С. 94—103; 2) Древнерусские сказания и повести о Смутном времени XVII века, как исторический источник. 2-е изд. СПб., 1913; 3) Очерки по ис­тории Смуты в Московском государстве XVI—XVII вв.; Опыт изучения обществен­ного   строя   и   сословных   отношений   в   Смутное   время.   Переизд,   М.,   1937; Васенко П. Г. Бояре Романовы и воцарение Михаила Федоровича. СПб., 1913; Покровский А. А. Печатный Московский двор в первой половине XVII века. М., 1913; Богословский И. Филарет Никитич Романов и г. Ростов Ярославский. Ярославль, 1913; Сташевский Е. Очерки по истории царствования Михаила Фе­доровича. Киев, 1913. Ч. 1; Черепнин Л. В. «Смута» и историография XVII века: (Из истории древнерусского летописания) // ИЗ. М., 1945. Т. 14. С. 81—128; Смир­нов П. П. Посадские люди и их классовая борьба до середины XVII века. М.; Л., 1947. Т. 1.С. 355—405; Stef С. Studies in the Russian Historical Song. K0benhavn. 1953. P. 54—56; Keep J. H. L. The Regime of Filaret 1619—1633 // Slavonic and East European Review. 1959 — 1960. Vol. 38. P. 334—360; Рухадзе Т. О. Из истории гру­зино-русских литературных связей; (XVI—XVIII вв.). Автореф. дисс. докт. филол, наук. Тбилиси, 1962. С. 21; Поршнев Б. Ф. 1) Московское «Великое посольство» в Швецию в 1633 году // Скандинавский сборник. Таллин, 1972. Т. 17. С. 30—62; 2) Тридцатилетняя война и вступление в нее Швеции и Московского государства. М.. 1976; Bernhard G. В. Feodor Nikitic Romanov / Filaret: Seine Politik in der Zeil der Smuta (1598—1613). Diss. Heidelberg, 1977; Скрынников Р. Г. I) Борис Году­нов. M., 1978; 2) Борис Годунов и падение Романовых в 1600 г. // Из истории фео­дальной России: Статьи и очерки. Л., 1978. С. 116—124; 3) Россия накануне «Смут­ного времени». 2-е изд., доп. М., 1985; 4) Социально-политическая борьба в Русском государстве в начале XVII века. Л., 1985; 5) В то смутное время...// Наука и рели­гия. 1988. № 1. С. 46-48; 6) Святители и власти. Л., 1990. С. 282. 290, 291. 296—301, 303, 343, 348: 7) Крест и корона: Церковь и государство на Руси IX—XVII вв. СПб., 2000. С. 331—382; Панченко А. М. Русская культура в канун Петровских реформ, Л., 1984. С. 184—185; Ульяновский В. И. Социальная и внутриполити­ческая борьба в Русском государстве на первом этапе крестьянской войны (1603—1606 гг.). Автореф. дисс. ... канд. ист. наук. Л., 1986, С. 10; Зимин А. А. В канун грозных потрясений: Предпосылки первой крестьянской войны в России. М., 1986: Бахрушин С. В. Политические толки в царствование Михаила Федоровича // Бах­рушин С. В. Труды по источниковедению, историографии и истории России эпохи феодализма: (Научное наследие). М., 1987. С. 87—118; Булычев А. А. О публи­кации постановлений церковного собора 1620 г. в мирском и иноческом «требниках» (М., 1639) // Герменевтика древнерусской литературы. Сб. 2: XVI—начало XVIII веков. М.. 1989. С. 35—37, 42; Иванова Ж. Н. Издания Анисима Радищевского в собраниях ГИМ // Русская книжность XV—XIX вв. М., 1989. С. 123—130. (Труды ГИМ, вып. 71); Фонкич Б. Л. 1) Греческие грамоты советских хранилищ. 5. Гра­мота иерусалимского патриарха Феофана об утверждении московским патриархом Филарета Никитича // Cyrillomethodianum. 1989—1990. Vol. 13/14. С. 45—60; 2) Ие­русалимский патриарх Феофан в России: Обзор греческих грамот Центрального го­сударственного архива древних актов // Иерусалим в русской культуре. М., 1994, С. 212—218; Пресняков А. Е. Российские самодержцы. М., 1990. С. 17—21, 24—26, 40—46; Понырко Н. В. Обновление Макариева Желтоводского монастыря и новые люди XVII в. — ревнители благочестия // ТОДРЛ. Л., 1990. Т. 43. С. 60—68; Богданов А. П. 1) Перо и крест: Русские писатели под церковным судом. М.. 1990. С. 79—82, 85—88, 98—100, 113—116, 123; 2) Страсти по Филарету // Наука и религия. 1993. № 10. С. 2—5; № 11. С. 2—9; № 12. С. 9—11; 1994. № 1. С. 4—7: № 2. С. 6—9; № 4. С. 6—9; 3) Русские патриархи: (1589—1700). М„ 1999. Т. I. С. 280—361; Флоря Б. Н. 1) Русско-османские отношения и дипломатическая под­готовка Смоленской войны // Советское славяноведение. 1990. № 1. С. 17, 19, 20, 22. 25, 26; 2) К истории установления политических связей между русским правительст­вом и высшим греческим духовенством (на примере Константинопольской патриар­хии) // Связи России с народами Балканского полуострова: Первая половина XVII в. М„ 1990. С. 13, 14, 17, 19—21, 24—29, 33, 39—41; Бовина В. Г. 1) Патриарх Филарет (Федор Никитич Романов) // ВИ, 1991. № 7—8. С. 53—74; 2) Великий государь и патриарх Филарет Никитич: К истории официальных титулов в Москов­ском государстве XVII в. // Россия от Ивана Грозного до Петра Великого: Сб. трудов / Отв. ред. В. Ульяновский. СПб.; Киев, 1993. С. 94—101; Лобанов Н. А. Отец первого царя из династии Романовых // Преподавание истории в школе. 1992. № 3—4. С. 11 —15; Литература и культура Древней Руси. С. 172—173; Греческие документы и рукописи, иконы и памятники прикладного искусства московских со­браний: Каталог выставки к Международной конференции «Крит, Восточное Сре­диземноморье и Россия в XVII в.». М., 1995. С. 12—24, 43, 47, 54, 57; Володихин Д. М. Патриаршие кпигописцы и золотописцы конца XVI—XVII вв. // АЕ за 1995 г. М., 1997. С. 71; Маркелов Г. В. Святые Древней Руси: Материалы по иконографии (прориси, переводы, иконописные подлинники). Т. 2: Святые Древней Руси в иконописных подлинниках XVII—XIX веков. Свод описаний. СПб., 1998. № 499. С. 241—242; Зотов А. М. Патриарх Гермоген и митрополит Филарет: Об идее духовного наставничества в «Новом летописце» 1630 г. // Гуманитарные пауки в Сибири. Сер.: Филологическая. Новосибирск, 1998. № 4. С. 17—22; Опари­на Т. А. Иван Наседка и полемическое богословие Киевской митрополии. Новоси­бирск, 1998; Морозова Л. Е. Филарет // Исторический лексикон: XVII век / Под ред. В. Н. Кудрявцева и др. М., 1998. С. 737—745; История государства Российского: Хрестоматия (Свидетельства, источники, мнения). XVII век. М, 2000. Кн. 1. С. 195—203; Православная энциклопедия: Русская православная церковь / Под ред. патриарха Московского и всея Руси Алексия II. М, 2000. С. 82—85; Крушельницкая Е. В., Тутова Т. А. Старцы Соловецкого монастыря XVI в. по упоми­наниям в грамотах ризничной коллекции и другим документам: (Указатель имен) // Книжные центры Древней Руси: Соловецкий монастырь. СПб., 2001. С. 8; Раже­ва О. А. «Святейший патриарх Московский и всея Руси Филарет» // Макарьевские чтения. Вып. 8: Русские государи—покровители православия: Материалы VIII Российской научной конференции, посвященной памяти святителя Макария. Можайск, 2001. С. 747—756.

Я. Г. Солодкин, библиография: Д. М. Буланин, Я. Г. Солодкин